Знание-сила

Знание-сила научно-популярный журнал

iiene     
Он-лайн ТВ Знание - Сила РФ Проекты Фотогалереи Лекторий ЗС

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 





СВЕЖИЙ НОМЕР


Органические молекулы в космосе
 
 
  Проекты  
«Проекты ЗС» - это своего рода исследования, которые предпринимает журнал в отношении комплексов проблем, связанных с развитием науки, культуры и общества. Для рассмотрения этих проблем мы привлекаем специалистов из разных областей науки, философов, журналистов. Каждый проект – это их заочный диалог. Здесь мы выкладываем связанные с этим материалы: статьи, интервью, дискуссии.
Тот самый день

Ефим Гамаюнов

Работа и назначение некоторых частей
человеческого мозга и нервной системы
на сегодняшний день остаются
неизученными и непонятными.

Как только Олег открыл глаза, как только увидел знакомые очертания комнаты, соскочившую со второго крючка справа занавеску, он понял – сегодня!

Легким холодком пробежало восхитительное чувство – сегодня. Сегодня. Тот самый день. Почему он тот самый? – пробовало удивиться что-то внутри, нечто далекое и отчужденное. Потому!  Все его, Олега, существо знало – именно тот. День, когда должно случиться самое главное в жизни.

Сколько времени? Зеленые, помаргивающие цифры показывали семь тридцать четыре. До доклада профессора Шолоковского оставалось еще пять часов двадцать шесть минут.

Олег вскочил с кровати и первым делом бережно достал из тумбочки вещь. Купить эту штуку было нелегко. Ха, тогда он еще было сомневался – нужна ли она будет? Для чего ему эта вещь? Смуглый продавец, заглядывая в глаза, тихо говорил тогда: поверь, это очень нужная вещь.

И сегодня, да-да, именно сегодня, он понял. Так и должно быть! Это же ясно как… день!

Душ, завтрак, все наскоро, не главное…

Олег еще раз осмотрел вещь. И вновь до ускоренного биения сердца, до кружения головы – сегодня.

Он положил вещь в дипломат, закрыл.

Почти восемь. Уже пора, нужно успеть заехать в лабораторию, забрать схемы и прочее, получить последние – вот уж точно последние! – инструкции. Педантичность Валентина Львовича, пожалуй, равнялась его гениальности. А затем… 

Владимир Георгиевич, начальник безопасности шестого участка города и располагавшегося на нем здания закрытого военного научного ведомства (с большим конференц-залом), снял трубку и набрал номер начальника областной милиции.

- Полковник ФСБ Пращин, - представился он, - Станислава Семеновича.

Подождал немного и заговорил в бубнящую трубку:

-День добрый, Станислав Семенович. Пращин тебя беспокоит. Насчет сегодняшнего доклада Шолоковского... Ага… С десяток покрепче…Да-да, входы и так… Нет, внутри я своих, там все равно дежурят… Да, усилим, а твои на всякий случай… Слушай, и еще ОМОН пускай тоже дежурит усиленно сегодня, пока не закончится все… Откуда я знаю? Сверху приказ спустили… Ага… Ну добро, Семеныч, добро… Все, отбой.

Владимир Георгиевич положил трубку и потер лоб. И чего ему всякие защитники прав человека и противники клонирования сегодня в голову лезут? Дрянь всякая. Не к ночи, а тем более не ко дню.

А вдруг? Из-за них вся кутерьма?

Пращин тряхнул крупной седой головой. Брр. Нажал кнопку на селекторе:

-Леночка, можно кофе покрепче? И позови капитана Иванова.

…Тоже еще, защитники человека… 

Лаборатория располагалась в здании с каким-то военным ведомством, он не очень хорошо знал, каким именно.

- Доброе утро, Олег Ильич, - поздоровался с ним караульный сержант.

- Доброе, - улыбнулся он в ответ. – Отличный день?

- Как обычно, - пожал плечами сержант и освободил «вертушку».

- Поверь, день сегодня будет отличный!

Оставив сержанта удивленно смотреть ему в спину, Олег простучал ботинками по лестнице – был лифт, но сегодня? – и, пройдя по длинному коридору, зашел в неприметную (таких тут десятки) дверь, обитую коричневым дерматином.

К своему удивлению в лаборатории его встретила только лаборантка Лариса.

- Валентин Львович уже уехал, - сообщила она.

Внутри царапнуло.

- Давно?

- Да собственно он и не заезжал сегодня. Позвонил, напомнил, чтобы отдала вам все заготовки. Вы знаете, Олег Ильич, по-моему, он чего-то боится.

Он посмотрел на Ларису, испытывая непонятное радостное удивление внутри:

- Почему ты так думаешь?

- Ну, не знаю, - замялась та. - Голос какой-то… странный. И вообще последнее время как-то Валентин Львович себя вел… тоже странно. И еще он, когда говорил по телефону, сказал… сказал, что мол дай Бог, завтра нам нечего будет бояться. Вот.

- Так и сказал? – иронично поднял брови Олег.

- Точно так и сказал.

- Выбрось все это из головы, - посоветовал он, - И давай собирать, что мне надо взять с собой.

- Да все уже готово, - заверила Лариса. – Только вам еще надо посмотреть сообщение на своем компьютере. Валентин Львович сказал обязательно напомнить.

Хм. Олег дошел до своего стола и включил монитор (на ночь системник он не выключал). На рабочем столе лежал значок с пометкой «Срочно! В.Л.».

Наверное, оно.

На экране в окне плеера возникло худое, обрамленное седыми волосами и бородкой, лицо Валентина Львовича Шолоковского. Позади профессора было темно. «Вчера вечером веб-камерой снял», - подумал Олег.

- Добрый день, Олег, - раздалось из динамиков, - Извини за этот непонятный балаган. Меры предосторожности, потом сам поймешь. Лариса Сергеевна должна все тебе отдать, я утром еще позвоню, напомню. Теперь попрошу еще об одном. В верхнем ящике стола лежит железный обруч. Посмотри, вот такой же…

Профессор дотронулся до головы: Олег заметил тонкую ленточку поперек лба, у самых волос.

Он наклонился, открыл ящик и достал хрупкий, проволочный ободок с прикрепленной небольшой коробочкой.

- … Прошу тебя, - продолжал Валентин Львович, - одеть его, как только найдешь. И не снимать до конца нашего сегодняшнего доклада. Это очень серьезно!.. Ну, ни пуха. Не опаздывай! Завтра, то есть сегодня, очень важный день…

Плеер высветил черный экран: запись кончилась.

Вот черт! Олег повертел тонкий обруч, что еще за причуды? Хотя, не наденешь, шеф будет недоволен, обидится или наоборот рассердится. Вот и думай: то ли выставлять себя дураком, то ли профессор снова открыл нечто непонятное, но ужасно важное? И без этой вот фигульки ничего не выйдет.

Он отрыл дипломат и, прежде чем положить туда ободок, дотронулся до холодного железа пистолета… 

Главред уставился маленькими красными глазками, спрятанными за стеклами золоченых очков, на Желтова. Тот всегда ощущал себя неудобно под таким «артиллерийским» взглядом. Бухает, похоже, наш главред, бухает.

- Сегодня в час Шолоковский дает закрытую конференцию. У военных в «Военнауке». И, главное, делает на ней очень важный доклад. Понял?

- И о чем? - вопросом на вопрос ответил Желтов.

- А вот это, Леша, я и хочу узнать, - главред, похоже, совсем не моргал. Как удав. Красноглазый.

- А как я попаду-то туда?

- Думай, Леша, думай! – повысил голос удав. Не в духе, точняк с похмелья.

- Могу идти думать?

- Чтоб репортаж был. Как хочешь, но чтобы у нас у первых! – в спину закричал главред.

Леха Желтов аккуратно прикрыл дверь.

Вот, блин, попал под горячую руку! Туда не проберешься, в «Военнауку» эту чертову! Денек, блин! 

К серому двухэтажному, из-за ширины выглядящему приземистым зданию Олег добрался только в десять восемнадцать, несмотря на то, что идти было несколько кварталов. Профессор оставил на его долю достаточно много всяких таблиц, схем и диаграмм, распечатанных на «А2-ом» принтере (эта странная нелюбовь Валентина Львовича к проекторам, удивительная, право слово, в двадцать первом веке). Да плюс большая коробка с макетами, как было написано на ней. Макетами чего, Олег не знал. Хотя смутно догадывался, конечно. Вернее подсмотрел. Мозга, нейронов… Что профессор задумал?

Да еще дипломат, ноутбук…

Неважно, неважно. Он пробежал эти кварталы, даже не подумав о возможности поймать такси. Чем ближе были тринадцать часов, тем больше Олег испытывал некий трепет, словно чего-то страшился. Нет, не то слово, не страшился…

Это он, это внутри, это сегодня.

На входе его остановили два дюжих молодца в камуфляже и с автоматами.

- Что несем?

- Я Муромцев Олег Ильич, ассистент профессора Шолоковского.

- А это что? – довольно бесцеремонно прервал его молодец справа, указывая на коробку.

- Это для доклада. И вообще, что происходит? Я ассистент проф…

Второй охранник нажал на кнопку висящей у плеча рации и проговорил в микрофон:

- Вход один, главному. Тут какой-то, говорит ассистент. При нем запечатанная коробка серого цвета. Досматривать?

- Главный входу один. Пусть подождет, – проскрипела рация.

- Ждите.

Олег подумал про дипломат. Что если начнут досматривать? Что говорить тогда? И вообще для чего тут военные, или милиция, или кто это вообще тут! Он нутром почуял, что его бесцеремонно рассматривают. Ну конечно, камера вон висит.

Рация на «камуфляже» ожила и проскрипела вновь:

- Проверьте у него пропуск в лабораторию. Если Муромцев – пропускайте.

- Пропуск покажите, - обратился тот, что справа.

Олег достал из кармана пиджака серый пластиковый прямоугольник и протянул охраннику. Тот миг изучал и вернул обратно.

- Проходите.

Внутри его встретил человек в штатском, с армейской выправкой. ФСБ? Следуя за ним, Олег попал в большой зал, готовый для доклада. Горел свет, у дальней стены с висящим экраном для проектора стоял длинный стол, на котором стояло несколько компьютерных экранов. Олег здесь еще не бывал и с интересом смотрел на пока еще пустой зал. Вот это место.

- Располагайтесь. Если нужно компьютер подключить, Дима поможет. Дим! – позвал человек в штатском. – Помоги Олегу Ильичу. Профессор где-то тут.

Появившийся парень в очках протянул руку:

- Дима. Давайте помогу.

Пока подключали ноутбук и выставляли штативы для бумажных плакатов, появился шеф Олега – профессор Валентин Львович Шолоковский.

Увидев его, Олег ощутил отчего-то огромное облегчение, словно боялся, что Валентин Львович исчезнет и не появится сегодня вовсе. И что-то сломается во всей этой жизни. А вот теперь было нормально. Теперь можно и…

- Олег! – крикнул профессор издалека, от самой двери. – Вы сделали то, что я просил? Надели экран? Обруч?!

От черт! Издали казалось: Шолоковскому сильно не по себе.

- Сейчас, Валентин Львович!

Олег открыл дипломат и достал тонкий ободок с коробочкой. Глупость. Зачем это одевать, глупость. Вот если взять вещь…

В зал вошло несколько человек в синей милицейской форме. Олег торопливо захлопнул дипломат, секунду вертел в руках проволочную окружность, одел на голову…

…Мир покачнулся. Нет, не то, чтобы что-то сильно изменилось, но у Олега словно бы на миг закружилась голова, а в груди разлилось странное чувство: что-то не сделано, что-то он забыл. Он вдруг понял, что очень одинок во всем этом пустом зале.

- Как самочувствие? – спросил, подходя, Валентин Львович. И выглядел он теперь заметно приободрившимся.

- Да нет, все нормально, - ответил Олег. – Душно, наверное.

Шолоковский внимательно смотрел на него.

- Вот и хорошо, Олежек. И помни: не снимай, - тихо, так, чтобы слышал только Олег, сказал профессор. – Пока все не закончится, не снимай.

У Олега вновь чуть закружилась голова, только теперь он точно знал от чего: он просто не понимал шефа! Тот делал нечто важное: проводил новый эксперимент или подтверждал какую-нибудь новую теорию, или… Но что он делал, Олег не понимал! Хотя считал себя первым и чуть ли не единственным ассистентом профессора еще со времени открытия им Зед-излучения. Последние семь месяцев они вплотную изучали источники возникновения этих странных волн, их свойства, способы распространения и многое другое, и делали это вместе! Можно сказать, Олег был правой рукой Шолоковского в любых исследованиях. Разумеется, шеф вел собственную переписку, отсылал запросы в другие лаборатории, институты… Но, как правило, потом Олег знакомился с приходящими ответами. Он всегда был в курсе происходящего. Всегда!

Но не сегодня. Логика сегодняшнего поведения профессора ускользала от Олега.

- Олег, если ты тут все закончил, - Валентин Львович покрутил рукой, - я попрошу тебя еще об одном. Вот список, последи, кто подъезжает, и поотмечай, пожалуйста. Очень нужно для доклада. Очень!

- Валентин Львович, я не совсем понимаю всего этого…

- Так надо, Олег. Ты поймешь сегодня, почему все так. Обещаю. Сегодня особенный день, и прожить его надо по-особенному.

Ничего не скажешь – объяснил! 

- Думаешь, пустят? – спросил водила Серега.

Хотя в голосе сквозила издевка, Леха ответил:

- Посмотрим. Если не попробую, удав меня отымеет.

- Кто? – удивился Серега.

Леха махнул рукой – проехали, вылез из «девятки», подумал секунду, оставил большой «Кодак» на сиденье, сунул в карман маленькую мыльницу «самсунг». Диктофон на месте… Да, не надышишься все равно.

- Гляди! – посоветовал он Сереге, хлопнул дверкой и зашагал к серой коробке «Военнауки».

У входа дежурили «реальные амбалы». Таких после армии бандюки любят к себе брать.

- Я… - начал было Леха.

- Репортер? – глухо поинтересовался один. – Из «Новости-Экспресса»?

- Да, - ошарашено ответил Желтов.

- Проходи.

О, блин! Лехе стало не по себе. Такого с ним еще не бывало. В лучшем случае он ждал просто совета идти подальше. Черт, удача? Не, что-то нечисто, что-то не так. Напутали? Ждали? Черт! 

Два часа пролетели незаметно. Олег добросовестно продежурил их в коридоре, неподалеку от входа, отмечая подъезжающих. Он даже не догадывался, кого Валентин Львович ждал. Сказать в двух словах: цвет науки. Самые видные ученые: физики, химики, биологи, историки. Даже парапсихологи!

Олег удивлялся все больше. Он думал, что знает, о чем будет сегодняшний доклад, но, похоже, он знает не все. А может, и ничего не знает!

Некоторых приезжающих Олег знал лично. С ним здоровались, он здоровался, показывал, как добраться до зала. Несколько раз пришлось отшучиваться насчет ободка на голове.

Вместе с тем, он чувствовал себя все больше не в своей тарелке. Странное тревожащее чувство одиночества и недоделанности все явнее грызло внутри. Почему? Что же он забыл, что не сделал?

Некоторых людей Олег не знал, а иные казались ему очень подозрительными личностями. Хотя… Тут же армия. ФСБэшники, может даже еще кто.

Двенадцать пятьдесят восемь.

Олег осмотрел пустой (не считая парней в камуфляже – охраны) коридор, быстрым шагом направился в зал. У самых дверей его вежливо остановили.

- Прошу вас сдать все колюще-режущие предметы, авторучки, карандаши, оружие…

Олег непонимающе посмотрел прямо в спокойное лицо. Потом протянул карандаш.

- А в чем дело?

- Извините, приказ. По просьбе профессора Шолоковского.

- Но я ассистент профессора, Муромцев.

- Еще раз извините, но… Больше ничего нет, надеюсь?

- Нет у меня больше ничего, - Олег провел руками по карманам. – Только карточка вот, и все.

- Проходите.

В третий раз Олег за сегодня испытал головокружение. Все-все, собраться. Прежде всего – доклад. Который уже почти начался!

Олег проскользнул вдоль стены и встал в тени, у освещенного светом стола. Шефа пока не было. Но зал заполнен битком. Шолоковский, гений. Говорили, что за Зед-излучение ему обязательно дадут Нобелевскую. Шутили: как только придумают, в какой номинации. И он, Олег Муромцев, ассистировал Шолоковскому тогда. Ассистировал вроде и сейчас. Но в чем сейчас? Скорей бы. Олег вытер со лба капельки пота. Внутри все начинало тихонько дрожать.

Один час три минуты.

Зал выдохнул. Профессор Валентин Львович Шолоковский внезапно появился в ярко освещенной части зала и стремительно направился к кафедре. Лицо профессора было хмурым, взволнованным, но говорить он начал уверенно.

- Добрый день, уважаемые присутствующие сегодня в этом зале. Рад видеть здесь знакомые лица, рад, что все вы откликнулись на мое приглашение. Сразу хочу извиниться за столь стремительное развитие событий. Понимаю, что оторвал многих из вас от важных исследований, срочной работы. Извините.

Шолоковский прижал руку к груди и чуть поклонился.

- Я думаю, что вы все поймете в ходе сегодняшнего доклада. Надеюсь, что мой предыдущий опыт позволит мне сегодня завоевать ваше внимание и понимание, несмотря на то, что многое из сказанного мной сегодня будет звучать фантастически, нереально, может быть даже абсурдно. Тем не менее, большинство изложенного будет подтверждено фактами, расчетами и вычислениями, некоторые их которых были выполнены вами по моей просьбе. Настало время объединить их в единую массу, и попытаться слепить из этого крепкий ком истины, сколь бы парадоксальной она ни была. Но, как говорил великий Галилей: все-таки она вертится! И ведь она действительно вертится. Пришло время взглянуть на привычные вещи под новым углом. Если у вас не будет возражений, то я, пожалуй, начну. Да? Что?

- Добрый день, профессор, - в середине зала поднялся высокий черноволосый человек. Олег узнал Праскова, биолога с мировым именем. – Простите, но к чему все эти меры: у меня отобрали золотой именной «Паркер». Мне не жалко, но чем я теперь буду хвастать?

В зале рассмеялись.

- Ох, действительно. Добрый вечер, Алексей Дмитриевич! И еще раз прошу всех меня простить. Быть может, все это излишне, но по ходу моего доклада, вы, я надеюсь, поймете мои опасения, и что они вполне обоснованны. Я скажу больше: я вынужден принять все эти меры, поскольку серьезно опасаюсь за то, что не успею всего вам рассказать. И обещаю: все вам вернут по окончании сегодняшней нашей встречи!

По шуму Олег понял: в зале есть возмущенные подобной выходкой Валентина Львовича. Впрочем, о том, что шеф непонятно чего боится, он знал еще утром, в лаборатории.

- Друзья мои успокойтесь! – продолжал профессор. – Снова прошу вас дать мне возможность начать выступление, тогда ответы на ваши вопросы должны появиться сами. Я уверен, вы все поймете.

Зал успокоился.

- Спасибо. Начнем. Итак, как думаю всем известно, полтора года назад нашей лаборатории удалось открыть некое явление, названное нами в рабочем порядке Зед-излучением. Тогда мы думали, что это излучение имеет естественный, так сказать природный характер, то есть тем, к созданию чего человек не имеет никакого отношения. Мое сегодняшнее выступление посвящено более чем годичному исследованию этого явления. Я упустил много времени, слишком много, проверяя и перепроверяя получаемые данные. В этом мне помогали некоторые из вас, спасибо. Повторюсь, выдвигаемые мною гипотезы фантастичны, но, ознакомившись с результатами наблюдений и опытов, других выводов я сделать не могу…

Странно, подумал Олег, очень странно. Да, разумеется, есть необычные факты в их исследованиях, но в принципе ничего фантастичного.

- …Для начала мне хочется рассказать всем вам нечто новое о Зед-излучении. Итак, первая гипотеза. Полную раскладку вычислений и расчетов вы сможете получить чуть позже, а пока… Из школьного курса физики можно узнать, что любое явление, свет ли, звук, иные излучения имеют волновую форму, так сказать, жизни. Все они различаются, по сути, всего лишь несколькими величинами: частотой на которой существуют, длиной, модуляциями… Повторюсь, все эти сведения в простейшей, разумеется, форме можно узнать даже в школе. Если продолжить изучение физических явлений дальше, можно узнать чуть больше об видах, структуре волн, но ничего нового в этих процессах найти чрезвычайно сложно. Разумеется, я в курсе открытии некоторых явлений, не отвечающих волновому принципу, но все они так или иначе создают нечто, по которому мы их видим или слышим. То есть, опять-таки волны. Так вот, изучая Зед-излучение, проводя эксперименты, замеры, довольно сложные опыты, можно прийти к удивительному, но единственному решению – этот вид излучения является всего лишь остаточным явлением, так сказать, кругами на воде, от каких-то абсолютно непонятных, попросту фантастических процессов или явлений! Абсолютно непонятно как возникающих, физических, химических, биологических или еще каких там по своей природе!

- Но, позвольте, профессор, - раздался среди взволнованного шума голос.

- Именно! - прервал Шолоковский. – Именно это я и хочу сказать, формируя свою первую гипотезу: перед нами открывается некий иной, параллельный мир, оказывающий, тем не менее, некое воздействие на наш. Зед-излучение, вот это воздействие, долго не замечаемое нами, непонятное, загадочное, но хотя бы открытое и позволяющее исследовать себя. Принадлежащее нашему миру.

- Но почему Вы думаете, что открыли мир не наш, а параллельный?

- Потому, что даже если явления, вызывающие наше излучение, принадлежат миру людей, то на очень многое человеку придется взглянуть иначе, и мир неминуемо перевернется!

Шолоковский вскинул руки вверх, призывая к тишине, обрывая десятки вопросов.

- Нельзя останавливаться сейчас. Вопросы чуть позже. Извините, но мне нужно торопиться. Позвольте представить вам моего ассистента, Олега Ильича Муромцева.

Олег пригладил мокрые волосы и шагнул к профессору, раздались хлопки в зале.

- Он был моим помощником на протяжении последнего времени. Многое знает о Зед-излучении, большинство расчетов – его рук дело. Так же им составлена карта неоднородности и распределения по земной коре Зед-излучения. Я попрошу вас, Олег Ильич, вкратце рассказать о наших опытах и показать достигнутые результаты.

Шолоковский отошел от кафедры, приглашая занять его место.

Олег ощутил, как тепло разливается по телу. Шеф мог бы и сам рассказать, но просить его. Волна благодарности захлестнула Олега.

- Здравствуйте, - обратился он в зал. – Валентин Львович просто дает мне шанс засветиться. На самом деле он может рассказать все более подробно. Сразу хочу произнести ему большое спасибо. А у всех вас попрошу минутку, у меня в компьютере слайды, я сейчас запущу.

Олег отошел к ноутбуку, взял его, подтащил  к кафедре (хорошо, шнура хватило), быстро нашел нужную папку.

Он предельно коротко рассказал о проведенных опытах, об общей неоднородности фона Зед-излучения, о местах особого сильного фона, привел данные спутников.

- Наши первоначальные исследования и замеры мест особо сильного фона Зед-излучения нуждались в подтверждении. Мы много времени потратили на получение доступа к спутникам: метео, связи. Удалось задействовать даже несколько принадлежащих Минобороны. Разумеется, установленное даже на военных спутниках оборудование не дает в полной мере создать картину. Однако, используя имеющееся возможности, мы можем смоделировать подобную карту. – Олег щелкнул клавиатурой, и на экране позади появилась большая карта мира с нанесенными обозначениями. – Обратите внимание, красный фон – места особо сильного Зед-излучения, желтый – среднефонового, и коричневый – слабофонового Зед-излучения. Отсюда общий вывод: особо сильным излучение является в местах проживания человека. Никакие иные природные факторы: геомагнитные разломы, стыки материковых плит, границы водоразделов не влияют на него. Спасибо за внимание.

Раздались негромкие аплодисменты.

- Замечательно, - похвалил профессор выступление Олега. – Но теперь мы несколько сменим нашу тему, и послушаем еще одного моего помощника, пусть не такого важного, как Олег Иванович, но его данные невероятно важны для дальнейшего хода нашей встречи. Виктор Анатольевич, прошу вас.

Вышедший под свет ламп был одет в джинсы и старый свитер грубой вязки. Тем не менее, большинство собравшихся знали его как видного исследователя человеческого мозга, доктора медицинских наук Шацкого.

- Добрый вечер! На самом деле я не знаю, для чего понадобился сегодня Валентину Львовичу, но он попросил меня рассказать немного о человеческом мозге. Что ж, человеческий мозг, одно из величайших творений эволюции, до сих пор остается для ученых «terra incognita» – «неведомой землей». Мы можем сказать, что он менее познаваем, чем космос, и что именно мозг человека остается самой великой тайной уходящего тысячелетия. Это действительно так. Основные исследования проведены в области идентификации функций мозга, однако даже здесь отсутствуют подходы, отличающиеся от чисто «схематических». Биохимия нейронов, фундаментальных строительных блоков мозга, очень неохотно раскрывает свои секреты. Каждый год приносит новую информацию относительно электрохимического поведения нейронов. Причем всегда в направлении раскрытия новых уровней сложности. Ясно одно: нейрон является намного более сложным, чем представлялось несколько лет назад, и нет полного понимания процесса его функционирования…

- Прерву вас, Виктор Анатольевич, - обратился Шолоковский к выступающему. – Я понимаю, что о мозге вы готовы говорить много, но если возможно, все же покороче и попроще, если не трудно.

- Хорошо, - улыбнулся Шацкий. - Действительно я несколько глубоковато. Тогда всего несколько фактов. Человеческий мозг содержит от пяти до двадцати миллиардов вычислительных элементов, называемых нейронами, а нейроны связаны сотнями триллионов нервных нитей, называемых синапсами. Эта сеть нейронов отвечает за все явления, которые мы называем мыслями, эмоциями, познанием, а также и за совершение мириадов сенсомоторных и автономных функций. Пока малопонятно, каким образом все это происходит, но уже исследовано много вопросов физиологической структуры. Мозг является основным потребителем энергии тела. Включая в себя лишь 2% массы тела, в состоянии покоя он использует приблизительно 20% кислорода тела. Даже когда мы спим, расходование энергии продолжается. В действительности существуют доказательства возможности увеличения расходования энергии во время фазы сна, сопровождаемой движением глаз. Потребляя только 20 Вт, мозг с энергетической точки зрения невероятно эффективен. Компьютеры с одной крошечной долей вычислительных возможностей мозга потребляют много тысяч ватт. Не совсем верно полагать, как многие думают, что человек может использовать только 10% своего мозга. На самом деле человек каждодневно использует весь потенциал своего мозга. Различные исследования показали, что даже для выполнения простого задания активизируются практически все отделы головного мозга…

- Но можно ли говорить о том, что человек использует весь потенциал своего мозга, всю энергию его деятельности? – спросил Шолоковский.

- Трудно сказать, - ответил Виктор Анатольевич, - Скорее всего, конечно нет, хотя пока это не изучено настолько, чтобы делать выводы. Мозг ведь работает круглосуточно, спим ли мы, работаем ли… Потребление энергии не зависит от этого…

Олег слушал Шацкого с возрастающей тревогой. Что же все-таки он не сделал? Отчего так неспокойно? Сердце гулко билось в груди. Что же, что?!

Шацкий тем временем рассказал о строении мозга, об основных участках, о нейронах, аксонах, синапсах, дендритах… «…Аксон может быть как коротким (0,1 мм), так и превышать длину 1 м, распространяясь в другую часть тела человека…»… Удивительно…

Валентин Львович ассистировал доктору медицины: подавал принесенные Олегом в коробке модели мозга.

Наконец Шацкий закончил свое выступление:

- Академик Бехтерев однажды заметил, что, постигнув тайны мозга, человек разгадает тайны Вселенной. Даже если это и преувеличение, то не такое уж и большое. Другое дело, что, скорее всего, в ближайшем будущем мозг вряд ли откроет ученым все свои тайны.

- Спасибо вам, Виктор Анатольевич, - поблагодарил его Шолоковский. – Теперь время для второй гипотезы. Итак, мы выслушали выступление человека, всю свою жизнь посвятившего изучению мозга. Что же мы услышали? Я попробую конкретизировать. Мозг, имея небольшой вес относительно тела человека, расходует больше всего энергии. Человек не использует в каждый конкретный момент весь потенциал своего мозга, хотя энергия, получаемая им, тем не менее, расходуется практически постоянно. Ни один из органов человеческого тела природа не защитила так надежно, как мозг. Он находится за броней костей черепа, окружен специальной жидкостью, кровь в него подается не пульсирующей, а плавно текущей… Получается что: весь человеческий организм работает только на мозг. Заметьте: не мозг для организма, а организм на мозг! Гипотеза два, и, повторюсь, все расчеты по ней, все эксперименты вы сможете получить и проанализировать чуть позже. Итак, источником Зед-излучения является человеческий мозг, а вернее, необъяснимые пока процессы, протекающие в результате его деятельности. Именно сюда же я отнес и огромную разветвленную сеть нервной системы: скопление нейронов с его аксонами и прочими-прочими, что, по сути, является мощной антенной, способной принимать и передавать нечто посредством открытого нами Зед-излучения!

В зале поднялся шум. Видные ученые, перекрикивая друг друга, старались задать Шолоковскому вопрос. Сам профессор напоминал собою сейчас, наверное, легендарного доктора Фауста: его глаза горели, волосы растрепались, но он, не замечая ничего вокруг, властным движением рук прервал разгорающуюся бурю:

- Не время для вопросов. Дальше! Только дальше! Если бы для всего этого была бы придумана наука, то я бы сказал вам – все это научно доказано! Но науку эту нам еще только предстоит открыть! Дальше!

Олег чувствовал, как пот градом катится по лицу. Шеф не в себе… или, может, это он не в себе? Все они, сидящие в этом зале? Ведь он сам тоже видел все эти результаты, но не смог просто сделать вывод. Быть может, Валентин Львович еще раз докажет всем, что он гений.

Испытывая приливы непонятной дурноты, Олег слушал, как профессор выдвигал следующую гипотезу… Он доказывал существование мирового разума, информационного поля. Лишь обрывки фраз долетали до горящего сознания

- …Это можно заметить, наблюдая простейшие формы проявления коллективного разума: поселения пчел, муравьев, поведения косяков рыб, или стай птиц… схожее поведение близнецов, объединенных словно одной судьбой, одним подключением к этому инфополю… два человека одновременно делают схожие открытия, находясь в тысячах километрах друг от друга… чтение мыслей, гипноз, ясновидение, предчувствие, интуиция – это ли не проявление кратковременного подключения к единой базе данных, единому мозгу… раздвоение личности всего лишь ошибочная идентификация внутри поля, двойное подключение…

Зал то взрывался бурей негодования, то восторженно и почтительно замирал, словно околдованный доводами и пояснениями профессора. Шолоковский стремительно срывал вывешенные схемы и диаграммы, доказывая, демонстрируя, убеждая в невозможном…

 - Но это еще не все! – напряжение в зале достигло пика: сам воздух дрожал раскаленной струной.

Шолоковский открыл разом несколько диаграмм и карт.

- Это последнее мое открытие. Взгляните: это все реально, как бы невероятно ни выглядело. На этой карте места особой активности Зед-излучения. Здесь возможно зафиксировать его пучки, направленные, подчеркну, пучки. Каким образом стало возможным проделать это, еще предстоит изучить. И что самое невероятное – эти волновые отражения загадочных процессов, выявлены там, где нет человека, хотя все эксперименты говорят, что Зед-излучение – результат работы мозга! И направлены эти пучки в противоположные стороны! Один к нам, на Землю, а другой туда, - профессор указал наверх, и Олег, как и все в зале проследив за вытянутым пальцем посмотрел наверх. – Это место – пирамиды, друзья мои. Великие египетские пирамиды! Предпоследняя гипотеза! Слушайте ее: некто или нечто посылает поток информации на землю, управляя гигантским компьютером, где люди, а вернее их мозги, являются всего лишь транзисторами, обрабатывающими эту информацию. Транзисторами, связанными Зед-излучением в единый механизм. Кто-то думает, что это выдумки? У меня есть куски обработки Зед-излучения. Я не смог дешифровать их даже с вашей помощью Николай Николаевич, но ведь вы сами анализировали их и прислали мне ответ. Это, несомненно, кодированное сообщение, с четко выраженной структурой кода! Это мы с вами, Григорий Алексеевич, производили замеры у пирамид. И не зря с древних времен им предавали такое значение, не зря в пирамидах происходят странные, необъяснимые явления! Там само время словно останавливает бег!

В зале стояла мертвая тишина, но профессор Шолоковский все равно кричал. Голова у Олега кружилась от нахлынувшей информации и понимания? – непонимания? – происходящего. Он обхватил ее руками, он старался вытереть со лба пот. Что это? Ах да обруч.

Олег снял с мокрых волос тонкий ободок. Сейчас он только вытрет и снова…

Словно что-то щелкнуло. Щелк! Все стало на место. Все правильно, ведь сегодня – тот самый день! ТОТ! САМЫЙ!

Как он мог забыть об этом? Как!

Олег нагнулся и откинул застежки дипломата, открыл крышку, сунул внутрь руку. Разумеется, вещь там.

Он достал пистолет, осторожно, под столом. Но ведь тут полно народа, возмутился некто внутри. Заткнись! Какая разница? Нет никакой!

Шолоковский тем временем продолжал свой доклад:

- А теперь последнее. Потом думайте, что хотите, пользуйтесь всеми моими расчетами и экспериментами. Всем. И вы придете к такому же выводу. И будете, как и я сейчас, под прицелом. Последняя гипотеза. Абсурдная, но другой я не вижу. Динозавры вымерли не потому, что гигантский метеорит упал на землю, и не потому, что им не было чего есть. Единственное объяснение в том, что некто увидел: его компьютер устарел и пора делать новый, мощнее. И процесс эволюции двинулся дальше, и возник человек… Мне можно не верить, но я знаю: кто-то следит за нами, некто знает: в его компьютере есть бракованные транзисторы. И их нужно удалить. Он может просто приказать им умереть. Или сойти с ума… Именно поэтому я так боялся не успеть сказать вам все это. Именно поэтому я собрал вас всех в последний момент в неизвестном вам месте и отобрал ваши паркеры… Так ему сложнее добраться до меня. Но теперь это уже не важно… Разумеется, он располагает информацией, что я знаю о нем, но вот это, - профессор указал на ободок на голове, - не дает ему приказать мне просто умереть. Я знаю, как его блокирова…

Олег сделал три стремительных шага, поднял руку с пистолетом и выстрелил Шолоковскому в голову. Самое важное…

Выстрел гулко ударил по ушам.

- Нет клонированию. Защитим права человека! – зачем-то сказал Олег.

И выстрелил себе в висок… 

Владимир Георгиевич, смотрел на дрожавшего человека.

- Добрый день, - он взглянул на лежащий перед ним листок, - Алексей… Желтов. Я полковник безопасности Пращин. Я знаю, что вы сегодня были на … ну, вы понимаете. Это я велел вас пропустить. Считаю, так сказать, правильным. Хотел бы спросить вас об одном. О чем же вы хотите написать в своей газете по этому поводу?

- Не знаю, - тихо ответил Леха.

- Ну, сами то вы что думаете?

- Может шизофрения или наркотики. Он… был как ненормальный…

- Правильно, так все и есть. Вот пропуск, идите. Камеру и диктофон вам вернут позже… Он был ненормальным. Только, помягче как-нибудь, хорошо? И без подробностей. Все-таки имя. Гениальность часто граничит с болезнью… Жаль, очень жаль.

После того, как журналист исчез за дверью, Владимир Георгиевич помассировал шею, потер глаза. Голова разболелась, кошмар. Защитники человечества, противники клонирования. Дурь. Лезет в голову с самого утра. Вот и «накаркалось». Хорошо хоть «прессу» оперативно удалили из зала…

Девять «двухсотых». Семь инфарктов сразу! Уму непостижимо. Но ведь опять-таки не предел. Трое в реанимации, еще один в коме… Ученые, доктора наук. Губят себе здоровье в этих лабораториях, потом чуть что – мрут как мухи.

Он снял трубку телефона, набрал номер.

- Ильин? Пращин говорит. Десятую группу в лабораторию к… да… все, что можно, совсекретно, разумеется. Выполнять… 

- Теперь, дорогие телезрители, о чрезвычайном событии. Сегодня, около семи часов вечера, произошла крупная авария на пересечении улиц Вторая Дачная и Дьяченко. В следовавшую по маршруту военную колонну врезались «жигули» десятой модели. Водитель, тридцатидвухлетний Алексей Желтов, сотрудник известной газеты «Новости-Экспресс», выскочил на встречную полосу, где и произошло столкновение «десятки» с головной машиной колонны «Военнауки», двигавшейся на большой скорости. Вторая и третья машины колонны, также совершили столкновение и загорелись. Пожарные прибыли на место аварии только через тридцать минут. К этому времени от горящих машин остались только каркасы. В аварии погибли четырнадцать человек. Что перевозили военные грузовики остается неизвестным, однако пресс-секретарь «Военнауки» подполковник  Демин заверил, что авария никак не скажется на здоровье людей и окружающей среды. Он также добавил, что никаких химических или биологически активных веществ не перевозилось. И у нас на телефоне главный редактор газеты, где работал погибший журналист Алексей Желтов, Станислав Семенков:

- За несколько часов до катастрофы, унесшей его жизнь, Леша звонил в редакцию и говорил, что у него есть новый, сенсационный репортаж. К сожалению, о чем он говорил… мы так и не узнаем: его последний материал… сгорел вместе с ним. Извините, мне тяжело говорить. Земля тебе пухом, Леша. Мы тебя помним.

- Итак, напоминаю, сегодня в девятнадцать часов произошла крупная авария на пересечении Дьяченко и Второй Дачной, погибло четырнадцать человек. Виновником очевидцы называют журналиста известной газеты «Новости-Экспресс» Алексея Желтова. Точные причины аварии пока неизвестны, делом будет заниматься военная прокуратура. Подробности катастрофы вы можете узнать всего через несколько часов: смотрите «Новости 24» на нашем телеканале в ноль часов…»

 

Об авторе

Ефим Владимирович Гамаюнов родился 15 апреля 1976 года. Вырос и живет по настоящее время в городе Петровске, женат, двое детей. Работает в администрации города. Хобби и увлечения: по роду деятельности – компьютеры, по жизни – книги, главным образом фантастические.

Писать начал в 2002 году, публиковаться «рискнул» в 2006-м. С тех пор рассказы выходили в журналах «Порог», «Полдень 21 век», «Уральский следопыт», альманахах «Словесность» и «Фанданго», в сборниках «Настоящая Фантастика» (2008 г.), «Аэлита»(2008-2011 гг). В № 2 за 2008 год «Знание-сила: Фантастика был напечатан рассказ «Похититель снов».

Участник мастер-классов Д.Казакова и А.Первушина, постоянный участник фестиваля фантастики «Аэлита» с 2008 года. Призер ККР-2011 (при конвенте «Аэлита») по версии Г.Л.Олди.

Вернуться назад

Архив проектов

 

вернуться


Карта сайта | Контактная информация | Условия перепечатки | Условия размещения рекламы

«Сайт журнала «Знание-сила»» Свидетельство о регистрации электронного СМИ ЭЛ №ФС77-38764 от 29.01.2010 г. выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)
© АНО «Редакция журнала «Знание-сила» 2012 год

По техническим вопросам функционирования сайта обращайтесь к администратору

При поддержке медицинского портала ОкейДок


Rambler's Top100
av-source