Знание-сила

Знание-сила научно-популярный журнал

Вход Вход
iiene     
Он-лайн ТВ Знание - Сила РФ Проекты Фотогалереи Лекторий ЗС

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Горячая новость:
Подписаться на журнал "ЗНАНИЕ-СИЛА" стало проще
 

 





СВЕЖИЙ НОМЕР

Главная тема:

Тексты и История


Органические молекулы в космосе
 
 
  Проекты  
«Проекты ЗС» - это своего рода исследования, которые предпринимает журнал в отношении комплексов проблем, связанных с развитием науки, культуры и общества. Для рассмотрения этих проблем мы привлекаем специалистов из разных областей науки, философов, журналистов. Каждый проект – это их заочный диалог. Здесь мы выкладываем связанные с этим материалы: статьи, интервью, дискуссии.
Интеллект 3000

Александр Уразов

 «Знаешь, чем гуще навоз, тем красивей цветы вырастают. Я, вот, и думаю, может все это дерьмо, которое творится вокруг, — оно нужно для того, чтобы, в конце концов, получилось что-то действительно хорошее?..»
(Подслушанный разговор)

«…Обыкновенные люди… квартирный вопрос только испортил их…»
(Булгаков, «Мастер и Маргарита»)

За те пятнадцать минут, что я сижу в своей машине, дождь начинался и заканчивался уже два раза. Обычный осенний дождь, который сам не знает, пойдет он или просто покапает несколько минут и перестанет. Перед глазами один из стандартных дворов спального района, поэтому смотреть особо не на что. Я курю сигарету за сигаретой и смотрю на капли воды на лобовом стекле. Полупустая пачка лежит на «торпеде» неновой «Хонды». Обычно я так не делаю — не люблю, когда что-нибудь там валяется. Но сейчас не до того. Не тот случай. Пусть лежат.

В это время уже темно. В сумраке я вижу, как время от времени проходят мимо немногочисленные прохожие. Идут к себе домой, чтобы там, в тепле и сухости съесть ужин, посмотреть телевизор, а потом лечь спать. Ну, может быть, что-нибудь другое поделать — попить пива, там, или еще чего. Банальные, обыденные вещи. Ничего интересного. Но с каким удовольствием я сейчас бы поменялся с ними местами! Как же я не хочу делать то, что должен…

Ну, да ладно. Каждому, как говорится, свое. Кто-то будет сейчас пить пиво и думать о том, как хорошо, что кончилась рабочая неделя. Ну, а мне нужно сделать кое-что очень важное. Решить кое-какую проблему. Вообще, если посмотреть беспристрастно, то хорошо, что еще есть такая возможность. Ее могло и не быть.

В бардачке лежит нож и пара силиконовых перчаток. Остается чуть меньше часа, чтобы окончательно все взвесить и принять решение. Очень непростое решение. Я должен быть уверен, что поступаю правильно…

* * *

Время уже шло, наверное, к обеду, когда в коридоре раздался звук торопливых шагов. Затем моя дверь распахнулась, и на пороге возник высокий молодой человек в белом халате — наш лаборант.

— Дмитрий Иванович! Дмитрий Иванович! Посмотрите на результаты тестов!

— Саш, а что, стучаться перед тем, как зайти к заведующему, уже не надо? — спросил я, подняв голову от ноутбука. Однако выражение Сашиного лица заставило меня подняться с места и, не задавая больше вопросов, проследовать за ним в лабораторию.

— Я вколол крысам номер 233, 234 и 235 образец В14. Вот, результаты, глядите!

— Не вижу ничего феноменального…

— Да вы не туда смотрите! Смотрите на этот показатель.

Показатель впечатлял.

— Это что, они лабиринт №7 теперь за 5 секунд в среднем проходят?

— И не только седьмой. Я дал им десять различных лабиринтов, и они их все прошли и запомнили. Но это, вы сами понимаете, — ерунда! Суть не в этом, а в том, что, пройдя какой-то лабиринт единожды, во второй раз они бегут не задумываясь. Запоминание улучшилось в несколько раз. Кроме того, на тесте Вайнсона способности к анализу просто шокирующие!

Мы с Сашей работаем в лаборатории одной фармакологической компании. Занимаемся разработкой нового препарата, стимулирующего умственную деятельность. Такие препараты, конечно же, существуют, но нашей задачей стоит создание более сильного и безопасного средства.

Мне тридцать восемь лет, я женат и имею двух детей — мальчика и девочку, хотя называть их так уже язык не поворачивается — ему скоро тринадцать, а ей одиннадцать. Большие уже. Для меня очень важно добиться успеха в разработке. В случае положительного результата, возможно, я, наконец-то, смогу позволить себе собственное жилье. Пока что приходится ютиться в съемном. Чертов квартирный вопрос! В нашем городе он практически нерешаем. А я уже немолод — скоро стукнет сорок, зарплата заведующего лабораторией не так уж велика, а мне нужно кормить семью, нужно думать о будущем своих детей… Эти мысли постоянно навязчиво крутятся в голове и, наверное, из-за них я, в отличие от большинства людей моего возраста, не обзавелся животиком — признаком спокойной жизни.

Что касается Саши, то он тоже женат, только детей не имеет; так же, как и я, живет с супругой в съемной квартире. Но он-то, я думаю, не так сильно переживает по этому поводу. Еще достаточно молод и наверняка полон надежд. Ему двадцать два или двадцать три — не помню точно. Работает у нас и учится на заочном отделении местного института. По городу передвигается на отечественном автомобиле марки ВАЗ две тысячи лохматого года выпуска. Саша, на мой взгляд, очень неплохой парень. Чуть молчаливый, простой и довольно умный — самые подходящие черты для того, чтобы хорошо сработаться. Работает недавно, но уже полностью во всем разобрался. В общем, очень хороший помощник. Мы с ним даже внешне, кстати, похожи, но не лицом, а комплекцией, только он еще более худой. Килограммов шестьдесят пять — семьдесят, наверное, весит при росте чуть ли не под метр девяносто.

Обычно я большую часть времени работаю у себя в кабинете, а Саша почти постоянно находится в лаборатории. Так было и в этот раз, когда он прибежал ко мне.

Сейчас мы стояли в лаборатории, где у нас находился «полигон» для подопытных животных — для крыс, то есть. Мы кололи им опытные образцы, а затем заставляли проходить различные тесты и фиксировали результаты.

Я слушал лаборанта, смотрел результаты опытов, и сердце мое билось все чаще и чаще.

— Слушай, Саш, а ты никому, кроме меня, не говорил об этом?

— Нет, пока только вам.

— Хорошо. Ты пока что не распространяйся на эту тему, договорились?

— Но почему же? Ведь…

— Дело в том, что мы с тобой натолкнулись на что-то совершенно новое, интересное и, судя по всему, полезное… Стой, не перебивай! Но мы же с тобой хотим не просто так принести человечеству счастье? Хотя, конечно, это в любом случае хорошо и здорово, но, я полагаю, было бы неплохо заработать на этом денег, верно? А при нынешнем уровне промышленного шпионажа наша информация — словно вода, которую мы пытаемся удержать в ладонях. Стоит только хотя бы обмолвиться словом не тому, кому надо, и потеряем все. Сейчас, когда опыты не доведены до конца, мы не можем получить патент, который дал бы необходимые гарантии.

— Да, Дмитрий Иванович, да, конечно, вы правы. Я сразу не подумал…

— Я даже скажу тебе больше. Как ты знаешь, я представляю руководству еженедельный отчет о результатах исследований. Так вот, даже их я не предполагаю пока что вводить в курс дела. Понимаешь всю серьезность нашего с тобой открытия?

— Я даже не представлял, насколько это все…

— Да, именно на столько!

Сашины глаза округлились. Я мысленно улыбнулся — все-таки простой он парень.

— Поэтому еще раз говорю — никому и ни при каких обстоятельствах!

— Все понял, Дмитрий Иванович! Даже жене ни слова!

Мы продолжили работу и в течение последующего месяца добились следующих результатов. Во-первых, нам удалось, путем добавления некоторых веществ дополнительно, сделать полученное соединение более устойчивым. Во-вторых, анализ показал, что вещество выводится из организма подопытных животных полностью в течение 20 часов после употребления. НО! Эффект, оказанный им, остается и впоследствии не ослабевает! В-третьих, выяснилось, что передозировку препаратом получить очень трудно. По крайней мере, вводя крысам максимально возможную дозу, ограниченную, можно сказать, лишь тем условием, чтобы их не «разорвало» от объема вводимого раствора, мы не получили ни одного летального исхода среди подопытных. Каких-либо патологических изменений в поведении или физиологии также замечено не было.

И еще один интересный момент. Мне показалось, что животные настолько увлеклись решением предлагаемых нами задач, что иногда между едой и решением новой задачи они выбирали последнее. Хотя, скорей всего, это — ерунда, наверное, просто крысы не бывали в тот момент голодны…

Затем настал черед более высокоорганизованных животных. Это, вообще-то, запрещено в нашей стране с 2012 года, но, тем не менее, после моей просьбы нам привезли нескольких собак. То, что я увидел во время последующих опытов… В общем, какое-то время после того, я был уверен, что разучился удивляться.

Примерно три месяца назад мы увидели первые ошеломляющие результаты. С тех пор произошло еще много удивительных вещей, которые заставили меня поверить в то, что разрабатываемый нами препарат будет настоящим прорывом в науке. Судя по результатам исследований, он должен был сделать человека в несколько раз более восприимчивым к новой информации. Препарат значительно улучшал память и логическое мышление. Все это лишь сухие слова, которые не в состоянии передать всю грандиозность нашего открытия. Достаточно было взглянуть в глаза собакам, которые принимали участие в экспериментах и у вас бы не повернулся язык назвать их животными…

Я весь жил этой разработкой. Я перестал спокойно спать, так как чувствовал небывалый прилив сил и энергии, которые мешали мне засыпать по вечерам. Мой труд должен был привести меня к славе, признанию (может быть, даже в мире) и, самое главное, к нормальному уровню жизни — со своей квартирой, хорошей машиной и обеспеченным будущим.

Так я жил до сегодняшнего вечера.

Сегодня, заходя в лабораторию, я услышал, как лаборант говорит кому-то по сотовому:

— …Да, я думаю, нужно встретиться на этих выходных и все обсудить. До свиданья!

И он отнял телефон от уха. Его слова совершенно неожиданно заставили меня замереть на пороге. Какой-то непонятный холодок пробежал у меня по коже. Саша сидел спиной к двери, и я остался для него незамеченным. Я вернулся к себе в кабинет, немного выждал, затем набрал внутренний номер лаборатории.

— Да, Дмитрий Иванович, слушаю вас! — раздался в трубке жизнерадостный голос лаборанта.

— Саша, зайди, пожалуйста, ко мне, — прохрипел я внезапно севшим голосом.

— Да, конечно, одну секунду.

Через полминуты он стоял в дверях. Я сказал:

— Сходи, пожалуйста, к Семену Леонидовичу и попроси его, чтобы он немедленно зашел ко мне.

— А почему вы не позвоните?

— Не нужно, чтобы кто-то знал, что я с ним разговаривал, а телефоны у нас прослушиваются, — соврал я. — Только иди прямо сейчас. Это очень срочно!

— Хорошо, Дмитрий Иванович. Сейчас схожу.

И он вышел из кабинета.

Я подождал несколько секунд, затем схватил со стола лист бумаги и карандаш и выскочил из кабинета. Затем подошел к двери, ведущей во двор, и тихонько приоткрыл ее. Сашина спина бодро удалялась по направлению к главному корпусу. Я закрыл дверь и бегом побежал в лабораторию.

Насколько я заметил, у лаборанта была привычка оставлять телефон в верхнем ящике стола. И этот раз не был исключением.

— Так, — от волнения я заговорил с собой вслух, — список последних звонков. Ага, значит, что у нас… Вот он!

Звонок на городской. Я взял карандаш и быстро записал номер. Затем вышел из меню, положил телефон на место, закрыл ящик и побежал к себе в кабинет. Через несколько минут ко мне вошел лаборант.

— Дмитрий Иванович, Семен Леонидович в командировке — мне сказали. Что делать будем?

— Что делать… — конечно, я знал, что «безопасник» в командировке, — без него тогда решим. Плохо это, но ничего, справимся.

— Может, помощь, какая нужна?

— Нет, Саш, спасибо. Все нормально, — ответил я, не решаясь взглянуть ему в глаза, чтобы не выдать себя.

— Ну, ладно. Раз все нормально, то и хорошо, — пожал он плечами и ушел.

А я кинулся в интернет, где забил в поисковике номер, который записал на бумагу.

«…-фарм» — увидел я ссылку на экране ноутбука. Такая же фармацевтическая компания, как и мы. Наш конкурент.

Я все понял.

На сердце как будто разом навалили десять мешков с цементом. Я ослабил галстук, расстегнул верхнюю пуговицу у рубашки, откинулся в кресле и попытался дышать медленно и глубоко. Тяжесть нехотя отступила.

— Ублюдок! — прошептал я.

Саша хотел продать нашу разработку конкурентам. Это было более чем понятно. И я был просто полным дураком, когда упустил это из вида. Слишком увлекся работой… Ну, да ладно, похоже, есть немного времени, чтобы что-то придумать. Но все же — как он мог так долго изображать из себя простака? И зачем? Хотя, зачем — это, пожалуй, понятно. Если бы я в нем сомневался, то отстранил бы от участия в работе. А так — мне даже в голову не пришла подобная мысль.

Почему я обратил внимание на слова лаборанта, сказанные им по сотовому — это для меня самого было загадкой. Одно можно сказать точно — это была счастливая случайность, может быть, даже знак судьбы. «Ну, что ж. Раз судьба на моей стороне, значит надо действовать смело и решительно», — подумал я.

Конечно, самый простой вариант был обратиться к руководству — думаю, оно бы нашло способ решить эту проблему, но тогда пришлось бы показать реальные результаты работы, а не то, что я приносил все это время. Это, безусловно, привело бы к тому, что все заслуги за открытие получили бы наши учредители — это ясно как божий день. А мне, наверное, дали бы тринадцатую зарплату. А, может быть, уволили бы к чертовой матери, так как я водил их за нос все это время. И этот вариант, кстати, более вероятен. Поэтому у меня был только один выход — дождаться конца всех опытов, скрывая реальные факты от руководства. И когда все результаты были бы у меня на руках — вот тогда я бы мог что-то с этим делать. Правда, какие дальше нужно было бы предпринимать шаги, я не знал точно. Но, в конце концов, можно было просто продать информацию конкурентам. Бог с ней — с этой славой и прочей ерундой. Мне хватит и просто денег. Больше ничего не надо. Заехали бы с женой в новую хорошую «двушку» полноправными хозяевами…

Самое время помечтать. Я невесело усмехнулся. Того и гляди останусь ни с чем. У меня могут отнять мою единственную надежду на достойную жизнь. Этого нельзя было допустить. Никак нельзя.

Я достал из кармана сотовый и набрал Сергея.

— Привет!

— Привет, Дим.

— Серег, есть одна просьба.

— Ну, давай, выкладывай.

Мы с Серегой вместе служили. Вместе воевали в одной из горячих точек. И однажды так получилось, что я спас его — вытащил раненого из-под огня. Я не считал, что поступил как-то там геройски, все могло быть наоборот, и тогда он вытащил бы меня. Так я ему потом и сказал, но Серега вбил себе в голову, что теперь в долгу передо мной.

Мы родом из одного города. И поэтому после «дембеля», оказавшись в родных краях, не потеряли связь друг с другом. До сих пор часто с ним видимся — обычно берем жен, иногда детей, и идем все вместе в кино. Иногда в забегаловки какие-нибудь. Короче, дружим.

Если вам спасли жизнь, то сколько времени вы будете помнить об этом? Точнее, важен другой вопрос. Сколько времени вы будете чувствовать себя обязанным спасителю? Похоже, настало время получить ответ для частного случая.

— Серег, я хочу, чтобы ты купил два билета сегодня на девять вечера в «киношку».

— Почему сегодня, почему только два? Кто пойдет?

— Подожди, сейчас все объясню. Возьми два билета на этот новый фильм — «экшен» какой-то, мочилово, короче. А потом… В общем, мне надо, чтобы ты сходил на этот фильм без меня, но взял бы два билета и потом любому, кто тебя спросит, сказал бы, что я ходил с тобой. Если что — мы встретились с тобой уже в кинозале. Ты пришел первым, я — чуть позже.  Понимаешь?

— Дим, ты что задумал?

— Не могу тебе сказать. Но мне очень нужна твоя помощь. Поможешь? — несколько секунд трубка молчала, а потом Серега ответил:

— Я не знаю, что ты там придумал, но я сделаю, что ты просишь. И если даже меня будут спрашивать под присягой, скажу, что будет нужно. Можешь на меня рассчитывать… — снова пауза, — Будь осторожен!

— Спасибо, Серег! Ты мне очень поможешь этим.

Я положил трубку. Затем открыл несколько файлов, просмотрел их и скинул на компьютер в лаборатории. Набрал лаборанта.

— Саша, зайди, пожалуйста, в папку «Срочное».

— Зашел, Дмитрий Иванович.

— Видишь три новых файла?

— Да.

— Мне нужно, чтобы ты… — я дал инструкцию, что нужно сделать с информацией. Вообще-то, эта работа была никому не нужна. Но этого, конечно, лаборант знать не мог.

— Дмитрий Иванович! — взвыл Саша. — Здесь же работы до завтрашнего утра! А сегодня пятница.

— Понимаю тебя, но мне очень нужно, чтобы ты это сделал. Я сейчас должен уехать по делам. К девяти часам сбрось мне хотя бы то, что успеешь, на электронную почту и отзвонись. Это очень важно, Саш. Очень важно!

— То есть, по крайней мере, в девять я могу уйти? — голос выдал его злость и обиду на начальника, который заставляет работать допоздна в вечер пятницы.

— Я надеюсь, ты успеешь раньше.

— Хорошо, постараюсь, Дмитрий Иванович.

Я положил трубку. Постарается он! Там, на самом деле, до завтра не разгрести. Он, конечно, обнадеженный продажей разработки, может просто проигнорировать мое указание, но не думаю, что Саша пойдет на такое, пока все еще не до конца ясно.

Так, ну, вроде, все звонки, которые нужно было — сделал. А, стоп! Еще один. Я набрал номер.

— Алло. Привет, дорогой!

— Привет, Солнц! Я сегодня вечером с Серегой в кино иду на девятичасовой сеанс.

— А почему без меня и, вообще, так неожиданно?

— Не знаю, Серега попросил меня одного прийти. У него, похоже, проблемы какие-то в семье — не знаю. Другой бы на его месте меня пиво позвал пить, а Серега же киноман. Он, похоже, даже в таких случаях предпочитает сначала кино хорошее посмотреть. Может, потом пойдем чего-нибудь выпьем. Короче, чувствую, ему нужна мужская компания. И я ему хочу ее составить. Ты не обидишься?

— Да нет, конечно! Давай, там как-нибудь помоги ему разобраться. Ты же знаешь, я за него тоже переживаю.

— Ну, думаю, вдвоем-то мы все разрулим.

— Ну, ладно, давай, Дим, тогда, до вечера!

— Пока, Солнц!

Я люблю свою жену. Она у меня просто золото. Наверное, нет на свете больше таких женщин. Мне очень повезло с ней. И она не должна жить так, как мы сейчас живем.

— Скоро, Лен, у нас все будет хорошо, — тихо сказал я.

В базе данных сотрудников хранилась информация, где живет лаборант. Я нашел на карте города его дом, посмотрел, как к нему проехать. Саша однажды говорил, что добирается домой после работы примерно минут за двадцать, если пробок нет. Пока он тут закончит, пока лабораторию закроет, туда-сюда… Значит, сегодня он должен быть там что-то около половины десятого. Понятно…

Я подъехал на место в восемь двадцать шесть. Впереди было около часа свободного времени. Стояла поздняя осень, и в это время было уже темно. Снег еще не выпал, а во дворе работал лишь один фонарь, так что освещение, можно сказать, просто отсутствовало. Все складывалось самым благоприятным образом. Я вышел из машины, прошелся, осмотрелся. Прикинул, как вероятней всего будет подъезжать Саша (однажды он упоминал, что оставляет свое авто на ночь под окнами, так как оно слишком старое, чтобы кого-то заинтересовать). Затем вернулся в машину и переставил ее в соседний двор. Это было нужно для того, чтобы случайные свидетели не видели ее и, соответственно, не могли потом опознать. Я оставался в автомобиле, выкуривая сигарету за сигаретой, до тех пор, пока не раздался звонок мобильного:

— Дмитрий Иванович, я не успел все сделать. То, что успел, отправил вам на «мыло».

— Хорошо, Саш. Молодец! Домой сейчас?

— Конечно, домой, сейчас уж никуда сил идти нету! — лаборант плохо скрывал раздражение.

— Ладно. Спасибо! Ты мне сильно помог.

— Пожалуйста. До свиданья!

— До свиданья, Саш!

Я достал из «бардачка» пару силиконовых перчаток и носовой платок. Платок положил на «торпеду» а перчатки натянул на руки, затем достал опять же из «бардачка» только что купленный в магазине нож. Нож был с упором для кисти, с лезвием толщиной миллиметра три и длиной сантиметров пятнадцать. Единственное, что давало ему право не быть холодным оружием, была его твердость — так мне объяснил продавец. Я решил, что твердости мне должно хватить. По дороге сюда я еще заехал в маленький киоск, где мне этот самый нож хорошо наточили за весьма скромные деньги.

Я закрыл «бардачок», взял носовой платок и тщательно вытер нож, уничтожая все отпечатки пальцев. То же самое проделал и с прилагавшимися ножнами, хотя это было, пожалуй, не обязательно. Затем «надел» одно на другое и положил получившуюся конструкцию в карман пальто. Потом вышел из автомобиля, закрыл его и пошел к Сашиному подъезду, засунув руки в белых силиконовых перчатках в карманы.

Меня трясло. Я был на войне, но там все было по-другому. Одно дело стрелять в боевика в условиях идущих боевых действий и совсем другое — здесь, в мирной жизни, когда прошло уже почти двадцать лет. Убить. Ножом. Человека, с которым я проработал бок обок несколько месяцев. Это — совсем другое. А я же не убийца какой-нибудь или маньяк. Просто — человек, попавший в трудную ситуацию и решивший, что лучше пойти на такой шаг, чем оставить все как есть. Самое, наверное, страшное, что у меня до сих пор не было уверенности в готовности к такому шагу.

Я подошел к подъезду и встал в тень, благо — ее здесь было много. Тень была настолько густой, что даже если бы меня кто-то и увидел, то лица разглядеть он бы точно не смог. Пришла мысль, что «уработавшийся» лаборант — это очень хорошо. Он устал, у него замедленны рефлексы, он туго соображает. Я еще раз отметил, как удачно все складывается. Где-то в глубине меня сейчас кричала совесть. Все человеческое, что было в моей душе, протестовало против моего намерения. Пришлось собрать все силы, чтобы поставить барьер на пути этих мыслей так, чтобы до сознания докатывалось лишь малая их толика.

Я не думал о том, как буду действовать, я уже все знал. Мне хватило времени придумать план, пока я курил в машине. Поэтому сейчас я, чтобы не нагружать психику и не «перегореть», думал о всякой ерунде — что было бы неплохо купить новую стиральную машину, что надо бы заменить батарейку в будильнике (а то он, похоже, дохнет), что надо будет сразу же после «дела» ехать в кино, к Сереге. Говорить ему, что случилось, конечно же, не стоит. Узнает — так узнает, а не узнает, так ему легче жить будет. В любом случае, он меня не сдаст. Это уж стопроцентно.

За такими мыслями прошло какое-то время, а потом… Потом я увидел машину лаборанта.

Я стоял в тени возле подъезда и смотрел, как он подъезжает, как паркуется и выходит из машины, как всегда одетый в свою дурацкую белую куртку. И в этот момент вся нервозность ушла. Я вспомнил, как это бывало иногда раньше — наступало простое осознание: ты делаешь то, что надо и ничего больше. Никаких эмоций. Тело перестало трястись, посторонние мысли исчезли.

Я понимал, что, когда внезапно окажусь перед Сашей, он испугается и может что-нибудь «выкинуть». Подкрасться сзади тоже был не вариант — скорей всего просто не удалось бы. Поэтому оставался единственный выход.

Саша закрыл машину и направился к подъезду. Когда до подъезда оставалось несколько шагов, я вышел из тени и сказал:

— Саша! Наконец-то! Сколько можно ждать?!

Лаборант опешил на пару секунд, и этого времени как раз хватило, чтобы я подошел вплотную и воткнул ему в живот, заблаговременно извлеченный из своего «убежища», нож. Мне показалось, что лезвие натолкнулось на что-то твердое и не проникло достаточно глубоко. Саша охнул, согнулся и схватился двумя руками за мою кисть. Я попытался вытащить нож и ударить лаборанта еще раз, но он крепко держал меня. Я уперся свободной рукой ему в плечо и потянул захваченную руку к себе. В итоге мне удалось освободить ее, но нож остался в теле. Лаборант рухнул на колени, а затем повалился вперед и на бок.

— Э! Что там у вас такое?!

Я обернулся на крик. Освещение было более чем скудным, но его хватило, чтобы разглядеть силуэты трех приближающихся полицейских. Каковы были шансы, что наряду станет скучно ходить по освещенным улицам, и они решат зайти во дворы? Рано я обрадовался, когда думал, что все удачно складывается — полицейские спешили ко мне со стороны двора, где я оставил автомобиль. Я крикнул: «Человеку плохо! Я за лекарством!» и метнулся к выходу со двора. Судя по раздавшимся крикам и топоту, полицейские не «купились». Хорошо, что я еще не так стар и иногда занимаюсь в зале. Я добежал до угла и свернул. Это было не очень хорошим решением, так как я оказался недалеко от перекрестка двух довольно оживленных улиц. Но был в этом и свой плюс — зеленый сигнал на моих глазах начал мигать. «Успею проскочить, а поток машин задержит преследователей», — решил я и кинулся через дорогу, обегая стоящие автомобили…

* * *

Лаборант заворочался и сел. Перед ним стоял полицейский.

— Э, ты что, пьяный, что ли?

— Если бы пьяный, — Саша поднялся, — я хочу сделать заявление о покушении на мою жизнь.

— Тебя этот мужик ранил, что ли?

— Нет, не ранил, но доказательства есть — вот нож, а вот порез на
куртке.

— Повезло тебе, — сказал сержант, разглядывая дыру на куртке, — точно не ранен?

Саша не ответил, а только улыбнулся. Он улыбался потому, что дело приняло самый благоприятный оборот. Его прогнозы оказались верными. Заведующий повел себя именно так, как лаборант и ожидал. Дмитрий Иванович ничего не знал, только подозревал, но подозревал совершенно правильно. На самом деле, Саше уже заплатили часть денег за информацию о разработке. И заплатили более чем хорошо. Он же в свою очередь специально затягивал тестирование средства всевозможными способами. Это позволило конкурентам подготовить все необходимое для получения патента. Оставалось лишь несколько дней до момента, когда лаборант заявил бы о своем уходе. Но он знал, что заведующий, несмотря на все его вежливое, мягкое общение — решительный человек, в свое время повоевавший, и догадывался, что от него можно ждать чего угодно. Вся его вежливость и деликатность не усыпили бдительности молодого, но очень амбициозного лаборанта, который, придя в первый раз в лабораторию, сразу же каким-то внутренним чутьем почувствовал, что именно здесь должно произойти нечто такое, что в один момент поднимет его до уровня, о котором он мечтал.

Получив аванс, Саша сразу же купил нетяжелый и незаметный под свитером (а потому очень дорогой) бронежилет и повсюду ходил в нем, чем вначале немало перепугал жену. Пришлось ему что-то там выдумать. Сейчас он даже не помнил, что именно. Но сегодня покупка себя оправдала в полной мере. Теперь Саша мог позволить себе расслабиться и улыбнуться. «Интересно, где я дал промах? — думал он, — Наверняка, это было в тот момент, когда завлаб послал меня за «безопасником». Как я мог так ошибиться? Оставил сотовый в столе — дурацкая привычка… Чуть не убила меня. Но, как бы то ни было, я сделал тебя, Иваныч. Наверное, не стоит старперам играть в такие игры».

А в этот самый момент, через ближайший перекресток, автомобиль черного цвета неустановленной марки, с молодым любителем «стрит-рейсинга» за рулем, проехал со скоростью близкой к 90 км/ч на едва успевший загореться желтый сигнал светофора. И в этот же самый момент заведующий лабораторией по разработке новых лекарственных средств Гошко Дмитрий Иванович, перебегавший дорогу в неположенном месте — в 15 метрах от пешеходной «зебры», выскочил из-за дожидавшейся зеленого сигнала грузовой «ГАЗели» прямо перед водителем, грубо нарушающим ПДД. Водитель, вполне закономерно для данной ситуации, не успел ни затормозить, ни отвернуть в сторону. Удар подкинул, чуть закрутив, Дмитрия Ивановича вверх на высоту около полутора метров, после чего заведующий лабораторией упал на асфальт и остался лежать неподвижно. Машина нарушителя, не снижая скорости, скрылась с места ДТП. На проезжую часть начала вытекать темно-красная густая кровь из пробитой головы заведующего лабораторией. Это была быстрая, а потому безболезненная смерть.

…Лаборант Саша стоял и улыбался. Он не мог знать, что через несколько дней, когда покинет старое место работы и придет на новое, владелец предприятия — человек, тесно связанный с криминальными структурами, — скажет ему примерно следующее:

— Александр, мы очень неплохо заплатили вам за ваше чудо-средство, но поскольку у нас нет времени на поиски добровольцев, то опробовано оно будет в первую очередь на вас. Уж не обессудьте. Да и что там говорить — если у него вдруг окажутся серьезные побочные действия, и его нельзя будет продавать, то (не буду скрывать) для вас все кончится очень печально. Вы заварили все это, Саша, так расхлебывайте до конца, договорились?

Так что, Александру, ставшему заместителем исполнительного директора, придется опробовать препарат, который к тому времени будет носить пошлое и безвкусное, зато звучное название «Интеллект 3000», на себе. И в этом не будет ничего страшного. Средство действительно не будет иметь никаких побочных эффектов… Кроме одного.

Хотя точно не известно, будет ли это побочный эффект «Интеллекта» или же усилившаяся работа мозга и тяга к новой информации сами по себе вызывают сильное повышение уровня нравственности у человека… Так или иначе, через шесть месяцев после смерти Дмитрия Ивановича, Саша, не выдержав угрызений совести, покончит с собой.

За это время произойдет несколько важных событий.

Во-первых, «Интеллект» будет запатентован и сертифицирован. Во-вторых, он поступит в аптеки. Конечно, протестированный в кратчайшее время на небольшой группе людей препарат не может быть ни сертифицирован, ни, разумеется, запущен в продажу, но если вы знаете, где подмазать и у вас есть чем подмазать, то вы обязательно поедете…

В общем, препарат окажется в аптеках. Цена будет не просто высокой — она будет грабительской. Но рекламная кампания сделает свое дело и «Интеллект» начнет расходиться.

Ну и, наконец, в-третьих. В-третьих, лаборант Саша пятничным вечером самой обыкновенной рабочей недели, дождавшись, когда уйдут все сотрудники, напишет записку о том, что собирается сделать в ближайшие несколько часов и оставит ее в своем кабинете на видном месте. Он вынесет с территории предприятия два десятка килограммов неразбавленного концентрата в виде сухого порошка. Сделать это будет несложно — к тому времени весь проект по «Интеллекту» будет находиться под его контролем и, поставив подпись в соответствующих документах, он мог бы вынести практически что угодно. Саша поедет к реке, питающей городское водохранилище, вода в котором, в отличие от большинства других водохранилищ нашей страны, пригодна для питья даже в некипяченом виде. Там, не найдя нормального подхода, он не смутится этим обстоятельством и пройдет прямо по грязи, продираясь сквозь заросли неизвестной ему травы и едва не утопив свои лакированные туфли, к воде. Достанет из сумки пакеты с «Интеллектом» и высыплет его в реку. Постоит несколько минут, глядя, как течение уносит растворяющийся порошок, потом развернется и пойдет обратно к машине. Усевшись на водительское сиденье, он достанет из «бардачка» несколько коробок сильнодействующего снотворного. Какое-то время будет потрачено на то, чтобы все таблетки выщелкнуть из блистеров и собрать в один пакетик. Затем молодой, но уже успевший зарекомендовать себя заместитель директора возьмет бутылку минеральной воды и начнет горстями кидать в рот таблетки, запивая минералкой. Через несколько часов бывшего лаборанта Саши не станет.

Последними мыслями в его засыпающем мозгу станут: «Пожалуйста… Хотя бы одно хорошее дело в моей жизни… Пусть раствор беспрепятственно пройдет через все системы очистки… Хотя бы одно… Дело…  Пожалуйста…  Хотя бы одно…»

Эпилог

Андрей Владимирович Хворостов, токарь четвертого разряда предприятия «Гидромаш», проснулся по случаю выходного дня на час позже обычного. Жена уже ушла на работу, так как у нее был посменный график. «Вот и хорошо, — подумал Андрей Владимирович, — не будет с утра никто пилить. Дети — в деревне, у бабушки. Можно спокойно отдохнуть в свое удовольствие, купить бутылочку пивка (не одну, конечно, это так, выражение такое — «бутылочку пивка») и не спеша с расстановкой выпить ее — для начала одну, можно даже без закуски. Хотя, пожалуй, соленая рыбка тоже была бы хороша. Кстати, после вчерашнего-то, ох, как ровно все это ляжет! Андрей Владимирович потянулся и улыбнулся во весь рот от удовольствия.

«Но для начала было бы неплохо хотя бы воды попить, а то во рту уж больно гадостно», — подумал он. Встал, протопал босыми ногами на кухню, набрал из-под крана воды в большую пивную кружку и жадно, большими глотками выпил. Опустил кружку, с наслаждением выдохнул и внезапно почувствовал некоторый дискомфорт. Такое иногда бывает, когда чересчур перестараешься с выпивкой вечером предыдущего дня. Кажется, что внезапно просыпается совесть, которая начинает тебя мотать и трепать, и потом уж и не знаешь, куда от нее деться. Только через несколько часов «отпускает».

«Надо еще воды выпить, чтоб скорей прошло», — подумал Хворостов. Набрал еще раз полную кружку и вновь выпил. Дискомфорт усилился. Откуда-то появилось желание разобраться в своей жизни и все расставить на свои места. Он внезапно чуть ли не физически ощутил, как живо работает его мозг. Пива уже не хотелось…

 

Об авторе

Родился в 1982 году в Миассе Челябинской области. Инженер-конструктор, закончил Аэро-космический факультет ЮУрГУ (2006), позднее получил диплом специалиста по традиционным системам оздоровления в «Национальном институте здоровья» (Москва, 2011). Имеет аккредитацию от РАМН по комплексным системам оздоровления. Также закончил Курсы по переговорам. Работал тренером-инструктором, менеджером по снабжению, руководителем отдела, руководителем направления, в настоящее время менеджер по продажам и коуч.
Опубликован рассказ «Старатель» (http://almanah.podfm.ru/80/), в издательстве «Центрполиграф» готовится в изданию книга «Картина мира господина Хо».

Вернуться назад

Архив проектов

 

вернуться


Карта сайта | Контактная информация | Условия перепечатки | Условия размещения рекламы

«Сайт журнала «Знание-сила»» Свидетельство о регистрации электронного СМИ ЭЛ №ФС77-38764 от 29.01.2010 г. выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)
© АНО «Редакция журнала «Знание-сила» 2012 год

По техническим вопросам функционирования сайта обращайтесь к администратору

При поддержке медицинского портала ОкейДок


Rambler's Top100
av-source