Знание-сила

Знание-сила научно-популярный журнал

iiene     
Он-лайн ТВ Знание - Сила РФ Проекты Фотогалереи Лекторий ЗС

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 





СВЕЖИЙ НОМЕР


Органические молекулы в космосе
 
 
Российской славы имена

Юлия Кудрина

«Распространение искусства есть дело государственной важности»
Александр
III

«... нельзя не быть бесконечно благодарным царю, который придает значениене только военной и чиновничьей деятельности, но и артистической…»Эти слова П.И. Чайковского из письма фон Мекк как нельзя более точно передаютотношение Александра III и лично к великому музыканту, и к поддержкероссийской культуры в целом. Последние годы жизни и творчества композиторапришлись на время активного и плодотворного влияния государя на развитие всехвидов искусств. Предлагаемая вниманию читателя статья повествует о насыщеннойатмосфере той славной эпохи, в которую был погружен Петр Ильич.

Отмена крепостного права в России в 60-х годах XIX века сопровождалась невиданными по размаху социальными, техническими, идейными и нравственными переворотами. Ф.М. Достоевский в те годы писал: «В тогдашнем обществе господствовало чрезвычайное экономическое и нравственное потрясение ... прежний мир, прежний порядок, отошел безвозвратно... Все переходное, все шатающееся». Ему вторил поэт А.Н. Майков: «Все пути были сбиты, потеряны». И наконец, Б.Н. Чичерин, либеральный историк, словно подводил черту в записке, предназначенной Александру III: «...Общество теряло равновесие, ...все отношения изменились, все предания исчезли, все понятия перепутались».

Корректировка преобразований шестидесятых-семидесятых годов сопровождалась рядом пусть не таких эффективных, как «Великие реформы», но чрезвычайно важных социальных, экономических преобразований, способствовавших адаптации российского общества к уже необратимому процессу его капиталистической эволюции.

Заслуга императора состояла в том, что он, как писал философ Л.А. Тихомиров, бывший народоволец, автор книги «Монархическая государственность», сумел «не только парализовать вредные стороны пореформенного положения, но даже вызвать подъем национального духа и творчества…» «В годы царствования Александра III пробудилась та духовная самобытность, без которой невозможна культурно-историческая жизнь никакого великого народа. Жизнь русская проснулась от «долгой нравственной и умственной спячки, прозрела, – читаем в воспоминаниях И.Е. Репина. – Первое, что она хотела сделать, – умыться, очиститься от негодных отбросов, от рутинных элементов, отживших свое время. Во всех сферах сила свежей русской мысли царила везде, весело, бодро шли вперед и ломали без сожаления все, что находили устарелым, ненужным...».

По словам русского ученого П.П. Семёнова-Тян-Шанского народное самопознание обратилось на научное изучение своей страны. И, пожалуй, главное, с чем все согласны, и чего никто из историков не оспаривает, это выдающиеся достижения в развитии отечественной культуры и науки, которым император лично немало способствовал.

По оценке С.П. Дягилева, Александра III можно числить среди лучших русских царей. Это при нем начался расцвет и русской литературы, и живописи, и музыки, и балета. Все, что потом прославило Россию, началось при Александре III. Из воспоминаний известных художников, в первую очередь принадлежавших к Товариществу передвижников, которые были провозглашены императором «олицетворением современной национальной культуры», в том числе: И.Е. Репина, И.Н. Крамского, В.И. Сурикова, В.Д. Поленова, А.П. Боголюбова, А.Н. Бенуа, М.В. Нестерова, а также композиторов: П.И. Чайковского, Э.Ф. Направника, М.А. Балакирева, из их переписки становится ясным, как велика была роль императора в развитии музыкального, театрального и изобразительного искусства в России. А П.И. Чайковский 2/14 января 1888 года писал фон Мекк: «Нельзя не быть бесконечно благодарным Царю, который придает значение не только военной и чиновничьей деятельности, но и артистической».

В годы правления Александра III при его непосредственном участии в России были созданы: Русская опера, Русский Музей, активно работало Русское Императорское историческое общество, во главе которого стоял сам император, было подготовлено создание русского национального театра во главе с драматургом А.Н. Островским, состоялось открытие Императорского исторического музея, державной волей было учреждено Русское Императорское Палестинское общество. Недаром профессор Московского университета И.В. Цветаев, основатель в Москве на Волхонке Музея изящных искусств Императора Александра III (ныне Государственный музей изобразительных искусств имени А.С. Пушкина. – Ю.К.) назовет Александра Александровича «Державным покровителем искусств и наук в нашем отечестве».

В своей речи на смерть императора 28 октября 1894 года историк В.О. Ключевский говорил, что Александр III «покорил общественную совесть во имя мира и правды, увеличил количество добра в нравственном обороте человечества, одобрил и приподнял русскую историческую мысль, русское национальное сознание». Оценка очень высокая, но не завышенная.

*   *   *

Среди выдающихся представителей русской культуры того времени были люди разных национальностей и разного вероисповедания, приезжавшие в Россию и остававшиеся здесь навсегда. Всю жизнь они работали на Россию, ее народ, любили эту страну и ценили ее культуру. Назовем хотя бы некоторых, наиболее прославившихся.

Скульптор Мордух (Марк) Матвеевич Антокольский(1842–1902), происходивший из еврейской семьи. Император Александр III с большим уважением и любовью относился к творчеству М.М. Антокольского, и сделал много, чтобы его скульптурные творения навсегда остались в сокровищницах российского государства. Критик В.В. Стасов в одном из писем М.М. Антокольскому напишет: «Государь всегда Вас любил и жаловал, всегда ставил выше других, всегда Вам давал заказы – да все какие! Самые важные и забористые – так будет и впереди».

Антокольский был хорошо знаком с русской историей и в его творениях отразилась вся история русского государства от XII до ХХ веков.

Он чувствовал свою глубокую принадлежность к России. «Вся душа моя, – писал он, – принадлежит той стране, где я родился и с которой свыкся... Вот почему все, что бы я ни сделал, будет результатом тех задушевных впечатлений, которыми Матушка-Русь вскормила меня...».

Император Александр Александрович приобрел у Антокольского для будущего Русского музея его работы: «Христос перед судом народа», «Петр I», «Летопись Нестора», «Ермак», «Ярослав Мудрый». М. Антокольский считал сюжеты и темы из русской истории главными в своем творчестве: «Моя мечта – на старости посвятить последние мои годы воспеванию великих людей русской истории, главное эпической. Этим я начал, этим хотел бы кончить», – писал скульптор.

Марк Матвеевич ценил русское искусство и верил в его будущее. «Велика моя надежда на нашу милую, но жестокую Россию. Хорошо она начала свое искусство, и я глубоко верю, что она скажет свое собственное, свежее слово международного искусства. Но я иду еще дальше, я верю, что она подействует освежающе на других. Дорогá она мне тем, что старается понять человеческую душу, дух народа, его радости и горе, его настроение, и стремления». Антокольский был убежден, что «потребность на искусство будет не только в Петербурге и в Москве», но «искусство будет душевной потребностью всего русского народа». Скульптор утверждал, что «именно русскому искусству предстоит великая будущность».

Архитектор Давид Иванович Гримм(1823–1898), немец по происхождению, лютеранин по вероисповеданию. Широкое церковное строительство, развернутое по всей стране в пореформенный период, требовало привлечения наиболее талантливых архитекторов, понимавших требования эпохи.

Давид Гримм и стал одним из выдающихся русских зодчих, создателей так называемого «русского стиля».

По проектам Давида Ивановича были сооружены известнейшие памятники на территории России, в том числе: Владимирский собор в Херсонесе (близ Севастополя), Александро-Невский храм в Тифлисе в память покорения Кавказа (1866–1897), храм Святого Николая в Брестской крепости (1876), храм Покрова Пресвятой Богородицы в Егерской слободе в Гатчине (1886), церковь Святой Ольги близ Стрельны в Петергофе (1861–1863) и другие.

В новорусском стиле, который так любил император, были выстроены православные храмы и в ряде зарубежных городов: храм Благоверного князя Александра Невского – в Копенгагене, Святой Марии Магдалины – в Иерусалиме, часовня в память о наследнике Цесаревиче Николае Александровиче – в Ницце, русская православная церковь – в Женеве и многие другие. Они до сих пор украшают столицы зарубежных государств.

В 1855 году Гримм получил звание академика архитектуры, в 1866 – профессора Российской Академии Художеств; с 1892 – он почетный член Академии Художеств. Император не раз встречался с архитектором, обсуждая с ним проекты создания церковных зданий.

Уделяя особое внимание возрождению исторических национальных традиций, Александр III считал, что прославление побед России в прошедших войнах и сражениях является необходимым условием воспитания в народе уважения к историческому прошлому страны. В годы его царствования по всей стране были возведены десятки мемориалов и исторических памятников. «Знание великих подвигов воинской доблести, образы великих людей и славных дел для каждого исторического события – есть двигатель нравственного влияния», – говорил император.

Архитектор Д.И. Гримм явился автором «Памятника Славы» на Троицкой площади в Санкт-Петербурге, воздвигнутого в память героев Русско-турецкой войны 1877–1878 годов, открытого в 1885 году в присутствии Александра III (был снесен в годы советской власти и вновь восстановлен в 2008 году).

Владимир Осипович Шервуд(1832–1897) был наиболее ярким представителем русского архитектурного искусства конца XIX века, автором проекта Исторического музея на Красной площади и Храма-памятника Военной Славы героям-гренадерам, погибшим под Плевной, в сквере у Политехнического музея в Москве.

Англичанин по происхождению, дед которого приехал в Россию в числе иностранных специалистов, Владимир Осипович стал поистине выдающимся русским скульптором, возвеличившим прошлое нашего Отечества достойным его памятником. «Жизнь и одушевляющая идея России настолько поглотили все мое существо, что я небрежно и недостойно равнодушно отнесся к своему английскому прошлому», – записал он в дневнике.

Россия, которую художник искренне полюбил, становится для него настоящей Родиной. В 1872 году за серию портретов он получает звание академика. В.О. Шервуд серьезно занимается теорией искусства, в том числе теорией русского искусства. Владимир Осипович разделяет систему философских взглядов, свойственных поздним славянофилам и почвенникам – Н.Я. Данилевскому, братьям Достоевским, Н.Н. Страхову. Частыми гостями в его доме были историки С.М. Соловьев, В.О. Ключевский, И.Е. Забелин. Он находится в переписке с П.И. Чайковским. Владимир Осипович видел создание идеального общества на основе братства, любви и христианского милосердия. Возвращение к исходным началам русского искусства он считал крайне важным и необходимым в построении общества будущего. Философские поиски приводят его к убеждению, что важнейшим видом русского искусства является архитектура. «Я бы желал сделать в архитектуре то, что сделал Глинка в музыке – возьмите все его произведения, романсы, танцы, хоры, квартеты и, наконец, оперу, вы увидите везде Глинку, и везде русскую музыку... Вот эта особенность, которую можно проследить во всех творениях Глинки, то есть способ выражаться – и составляет стиль».

Памятники выдающимся деятелям России – хирургу Н. Пирогову (1897) в Москве, генералу Радецкому в Одессе, императору Александру II в Самаре стали наиболее известными и любимыми. Некоторые из них дошли до наших дней, а некоторые были уничтожены в годы советской власти. Труд В.О. Шервуда был по достоинству оценен императором, который назначил скульптору пожизненную пенсию.

Семья Бахов, «российских немцев», работавших в Российской Академии художеств во второй половине XIX – первой половине ХХ веков, вызывала у Александра III большой интерес. И не случайно. Их вклад в развитие русской культуры был весьма значителен. Роберт Генрих Бах (1819–1903), русифицировавший свое имя на Роберт Иванович Бах, лютеранин по вероисповеданию, положил начало династии. Он был автором известных скульптурных работ, в числе которых «Иван Грозный», «Богоматерь» и другие, работал директором бронзового и серебряно-литейного завода Николса и Пленке в Петербурге.

Отдавая дань той роли, которую сыграл император в развитии культуры и науки в России, Р.И. Бах после смерти Александра III посвятил ему ряд своих работ, которые получили высокую оценку современников. Одной из наиболее признанных работ Р.И. Баха был памятник императору Александру III, установленный на юге России в Феодосии в 1896 году. Большая роль в его создании и возведении принадлежала известному русскому художнику И.К. Айвазовскому, жившему и творившему тогда в Крыму. Феодосийцы высоко оценили вклад императора в превращение южного провинциального города в современный торговый порт, создание там водопровода и других благ, направленных на благоустройство города. На лицевой стороне пьедестала памятника надпись: «Императору Александру III. Благодарная Феодосия».

Второй величественный памятник императору Александру III работы Р.И. Баха был воздвигнут в августе 1908 года в Иркутске. На памятнике императору, чья огромная роль в освоении Сибири и строительстве Великой Транссибирской магистрали, по словам Д.И. Менделеева, была бесспорна, стояла надпись: «Императору Александру III. Благодарная Сибирь».

Скульптурный монумент Александра III Р.И. Бах дополнил бронзовыми портретами исторических деятелей России, сыгравших большую роль в развитии и освоении сибирских просторов. Восточную сторону памятника украшал двуглавый орел, державший в своих когтях свиток – царский рескрипт на имя наследника цесаревича Николая Александровича. «Сооружение предначертанного императором сплошного Сибирского железнодорожного пути, – говорилось в этом рескрипте, – должно служить делу мира и просветительной задачи России на Востоке, а также способствовать заселению и промышленному развитию Сибири». В 1920 году памятник был уничтожен. В 2003 году восстановлен по проекту академика Академии Художеств России А.С. Чаркина.

Иван Николаевич Шредер(1835–1908). В годы царствования Александра III на территории российского государства был создан целый ряд уникальных монументов, автором которых был именно он, известный архитектор, один из авторов памятника «Тысячелетию России», воздвигнутого в Великом Новгороде в 1862 году. Первый монумент И.Н. Шредера был открыт 11 сентября 1870 года в Екатерининском сквере Кронштадта и посвящен известному русскому полярному мореплавателю Ф.Ф. Беллинсгаузену, второй – 6 ноября 1873 года в Петербурге на набережной напротив здания Морского кадетского корпуса и посвящен первому русскому мореплавателю вокруг света И.Ф. Крузенштерну.

В 1881 году по заказу императора И.Н.  Шредер исполнил памятник Екатерине II для Царского Села. К сожалению, в годы Второй мировой войны он был уничтожен. В 1892 году на Адмиралтейской аллее Александровского сада в Санкт-Петербурге был сооружен бюст известному русскому путешественнику Н.М. Пржевальскому. Автором идеи был А.А. Бильдеринг, автор модели И.Н. Шредер. Двумя годами позже на берегу Иссык-Куля появится памятник Н.М. Пржевальскому, сооруженный этими же авторами. О нем напишут – воздвигнут «По высочайшему повелению». Император Александр III высоко оценил интенсивный труд скульптора И.Н. Шредера и назначил ему пожизненную пенсию.

Карл Фаберже(1846–1920). Роль императора Александра Александровича в становлении и утверждении в России искусства Карла Фаберже трудно переоценить. В 1885 году император  назначил К.Г. Фаберже на должность придворного ювелира. «...он так и остался бы известным, как замечательный мастер и прекрасный художник, – писал английский исследователь Д. Буф, – тогда как назначение на такую должность дало ему (Фаберже) возможность стать легендарным». Действительно, назначение на должность придворного ювелира превратило К.Г. Фаберже, прекрасного мастера, в легенду. Слава о нем облетела весь мир.

Будучи французом по происхождению, К.Г. Фаберже горячо любивший Россию, настолько впитал русский дух, что, как он говорил сам, чувствовал себя русским человеком. По словам Д. Буфа, «...прежде всего он был русский, и русская культура тронула его так же сильно, как и всех работавших в России людей искусства, включая иностранцев, приезжающих сюда...».

Русский стиль заметен был во многих распятиях и иконах, и в большом количестве традиционных российских предметов, сделанных Фаберже к торжествам, посвященным 300-летию Дома Романовых. Не удивительно, что имя К.Г. Фаберже стало визитной карточкой России.

В 1885 году император пожаловал К.Г. Фаберже звание Поставщика Императорского Двора с правом изображения в своем фирменном знаке двуглавого орла. С изменением статуса Фаберже началась новая эра в ювелирном искусстве – эра Императорских пасхальных яиц, продолжавшаяся более тридцати лет.

В своих работах Фаберже, которому предоставлялась полная свобода в выборе сюжета и исполнения заказа, откликался на важнейшие события в жизни России. Впечатляющим произведением явилось пасхальное яйцо «Великий Сибирский путь». По заказу императора было выполнено пасхальное яйцо «Память Азова», посвященное путешествию на Восток царских сыновей – наследника престола цесаревича Николая Александровича и великого князя Георгия Александровича.

Через два года после смерти Александра III Карл Фаберже в память почившего императора создал пасхальное яйцо под названием «Роза». Внутри яйца, покрытого синей эмалью и украшенного сапфирами и алмазами, находился сюрприз – шесть миниатюрных портретов Александра III. Это творение Фаберже предназначалось императрице Марии Федоровне.

Антон Григорьевич Рубинштейн (1829–1894), исполнитель, педагог и композитор, тоже не был обойден вниманием императора. В сентябре 1887 года во время празднования 25-летнего юбилея Петербургской консерватории, руководимой А.Г. Рубинштейном, император принял композитора в Гатчине. Тот познакомил Александра III с планами проведения общедоступных спектаклей и концертов, государь одобрил просьбу Рубинштейна о необходимости расширения помещения консерватории. «Приятно думать, что этот художник в своем роде господствующий, принадлежит России, – писал Александру III обер-прокурор Синода К.П. Победоносцев. – По рождению своему, по воспитанию, по семейным и общественным связям и отношениям, по привычкам и образу жизни – Антон Рубинштейн русский, и остается в России, несмотря на блестящие предложения, которые не раз делались ему за границей... Несомненно, что в настоящее время Антон Рубинштейн есть первая величина и первый авторитет в музыке, и после смерти Вагнера не имеет себе равного. В музыкальной технике, в совершенстве исполнения, никто, по общему сознанию, не достигал такой полноты и такой силы... Кроме того, он человек высокообразованный и благородного сердца, в чем признаются все, отдающие ему справедливость. Во всех больших городах, где давал он свои концерты, немалое сочувствие привлекал он тем, что, несмотря на труд, которого стоит ему продолжительное и энергическое исполнение, он повторяет каждый из своих концертов даром для учеников и учениц консерваторий и музыкальных классов. То же делает он теперь и в Москве, и в Петербурге...».

Интересна оценка А.Г. Рубинштейном музыкальной культуры в России в годы царствования Александра III: «Когда я вспоминаю музыкальную Россию 25 лет тому назад, то я не могу не воскликнуть: неужели такие огромные результаты консерватории могли дать в 25‑летний срок своего существования!».

Россия была плавильным котлом для людей разных национальностей и вероисповеданий, чему не в малой степени способствовала императорская власть, ибо общее культурное пространство могло действительно объединить Россию. Многие представители российской культуры, такие, например, как историк Н.М. Карамзин, композиторы М.А. Балакирев, А.П. Бородин, А. Рубинштейн, художники И.К. Айвазовский, А.И. Куинджи, Г.И. Семирадский, И.И. Левитан, Н.Н. Ге, скульпторы М.М. Антокольский, И.Н. Шредер, Р.И. Бах и многие-многие другие не были русскими по крови, но они остались в памяти потомков как ярчайшие представители русской культуры XIX века.

Понимая огромное значение роли культуры в многонациональном государстве, император Александр III считал, что «распространение искусства есть дело государственной важности». Это подтверждает и П.И. Чайковский в своем письме Александру III от июня 1887 года: «В Тифлисе строится на казенные суммы превосходный, величественный театр... Для того, чтобы театр был устроен и открыт, нужна по смете сумма в 235 тысяч рублей сер[ебром] ... чем раньше сумма эта будет выделена в распоряжение тифлисского начальства, тем скорее наступит эпоха процветания русского искусства на далекой прекрасной окраине Ва­шей... Быть может, Ваше Императорское Величество найдет возможным в ближайшем будущем осуществить достойным Вашего милостивого сочувствия вожделения тифлисской публики, и если мой слабый голос хоть отчасти послужит к тому поводом, то я почту себя глубоко счастливым». Согласно просьбе Чайковского, Александр III распорядился о выделении необходимых средств для скорейшего завершения строительства Тифлисского театра, который впоследствии получил имя Захария Палиашвили.

Величайшие произведения русской культуры периода царствования Александра III являются главным ­национальным достоянием нашей страны и по сей день.

 

Купить номер на ЛитРес

ЗС 06/2017

Номера журнала

 

Читать номера on-line

 

вернуться


Карта сайта | Контактная информация | Условия перепечатки | Условия размещения рекламы

«Сайт журнала «Знание-сила»» Свидетельство о регистрации электронного СМИ ЭЛ №ФС77-38764 от 29.01.2010 г. выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)
© АНО «Редакция журнала «Знание-сила» 2012 год

По техническим вопросам функционирования сайта обращайтесь к администратору

При поддержке медицинского портала ОкейДок


Rambler's Top100
av-source